Шизофрения (F20)

Шизофренические расстройства обычно характеризуются существенными и характерными искажениями мышления и восприятия, а также неадекватными аффектами. Ясное сознание и интеллектуальные способности обычно сохраняются, хотя с течением времени может иметь место определенное снижение познавательных способностей. Важнейшая психопатологическая симптоматика включает ощущение отражения мыслей (эхо), вкладывания чужой или похищения собственной мысли, передачи мысли на расстояние; бредовое восприятие и бред контроля извне; инертность; слуховые галлюцинации, комментирующие или обсуждающие больного в третьем лице; беспорядочность мысли и симптомы негативизма.

Течение шизофренических расстройств может быть продолжительным или эпизодическим с прогрессированием или стабильностью нарушений; это может быть один или несколько эпизодов болезни с полной или неполной ремиссией. При наличии обширной депрессивной или маниакальной симптоматики диагноз шизофрении не следует ставить до тех пор, пока не будет ясно, что шизофреническая симптоматика предшествовала аффективным нарушениям. Не следует диагностировать шизофрению и при наличии очевидной болезни мозга, а также в течение наркотической интоксикации или абстиненции. Аналогичные расстройства, развивающиеся при эпилепсии или других болезнях головного мозга, следует кодировать рубрикой F06.2, а если их возникновение связано с употреблением психоактивных веществ, рубриками F10-F19 с общим четвертым знаком .5.

Исключены:

Параноидальная шизофрения

Параноидальная шизофрения представляет собой достаточно изнурительное психическое заболевание.

Еще его называют параноидальным шизофреническим расстройством.

Основной особенностью данной болезни считается утрата связи с окружающим миром и реальностью, вследствие чего теряется всякая способность функционировать и жить полноценной жизнью.

Параноидальная шизофрения может по-настоящему изнурить больного

Симптомы и признаки

Такую болезнь, как параноидальная шизофрения, относят к психотическим расстройствам.

Среди ее основных симптомов чаще всего приходится сталкиваться со слуховыми галлюцинациями, а также деформированным мышлением.

Нередко человек, страдающий от такого недуга, уверен, что его преследуют и против него составляют заговоры. Вместе с тем он не теряет способность концентрировать внимание на тех или иных важных вещах, память не ухудшается, да и с эмоциональной апатией не приходится сталкиваться.

Согласно описаниям пациентов, течение параноидной шизофрении представляется им в качестве борьбы против темного и разобщенного мира.

В такой жизни доминируют чувства подозрительности, сомнений и изоляции. Каждый день приходится слушать голоса внутри себя, возможны даже видения.

Вот по каким симптомам и признакам у мужчин и женщин можно предполагать параноидальную форму болезни:

  • нарушения слуха – человек слышит то, что не является реальным;
  • развитие необъяснимого гнева;
  • несвязность эмоций;
  • усиление тревожности;
  • беспричинная возбужденность;
  • агрессия и желание противоречить (спорить);
  • возникновение насильственных тенденций;
  • суицидальные наклонности;
  • мания величия, завышенное самомнение.

Вместе с тем многие из этих признаков могут отмечаться и при других видах шизофренического расстройства.

И только со слуховыми нарушениями и параноидальным бредом (галлюцинаторно-параноидный синдром) сталкиваются при лечении параноидальной шизофрении.

Если не начать своевременное лечение параноидного синдрома при шизофрении, со временем нарушение мыслительного процесса будет только усиливаться. Появляется агрессия в поведении больного: он может даже считать это самообороной, поскольку «весь мир против него» и «надо как-то защищаться».

Иногда параноидальному шизофренику начинает казаться, что у него есть какие-то особенные таланты, полномочия или способности (к примеру, дыхание под водой или полеты в небе).

Либо он искренне считает себя какой-то знаменитостью и, какие бы свидетельства, опровергающие такое мнение ему не представляли, больной продолжает оставаться убежденным в своей правоте.

Негативное воздействие на человеческую психику оказывают слуховые галлюцинации.

Можно только представить, как нелегко и малоприятно слышать голоса, которые не слышат другие. Эти голоса нередко настроены на критику, жестокие издевательства, осмеивание недостатков.

Причины и факторы

Если симптомы параноидальной шизофрении достоверно известны, о ее причинах исследователи до сих пор спорят.

Правда, многие сходятся на огромной роли, которую играет в этой патологии мозговая дисфункция. А вот какой фактор способствует этому, еще не раскрыто.

В качестве определенного фактора риска рассматривают генетику, а также экологические триггеры. Однако ни одна теория не имеет достаточно веских доказательств, чтобы быть доказанной.

Генетическая предрасположенность чаще всего служит своеобразным «переключателем», который задействуется каким-нибудь событием, эмоциональным переживанием или еще каким-нибудь фактором.

Вот какие факторы увеличивают вероятность такого диагноза, как параноидная шизофрения:

  • наличие психотических расстройств у кого-то из родственников;
  • вирусное воздействие в материнской утробе;
  • нехватка питательных веществ для плода;
  • получение стресса в детском возрасте;
  • результат насилия;
  • позднее зачатие ребенка;
  • употребление психотропных веществ (особенно, подростками).

А вот и симптоматика параноидной формы шизофренического расстройства:

  • мания преследования;
  • чувство выполнения особенной миссии;
  • проявление агрессивности в поведении;
  • склонность к суициду;
  • появление в голове галлюцинаторных голосов (в том числе, императивных);
  • возможность тактильных или зрительных галлюцинаций.

У параноиков появляется тяга к суицидальным поступкам

Критерии, позволяющие диагностировать заболевание, должны соответствовать данному шизофреническому подтипу.

Только наличие явных галлюцинаций и выраженного бреда позволяет врачу диагностировать описываемое расстройство, притом, что:

  • кататоническая симптоматика практически не проявляется;
  • эмоции и речь почти не нарушены.

Среди бредовых состояний наиболее характерными оказываются всевозможные разновидности персекуторных убеждений.

А вот развитие наркотически индуцированных, а также эпилептических психозов, как правило, исключается.

Интересно, что существует определенная взаимосвязь между характером бреда, как одного из симптомов параноидной шизофрении, и уровнем культуры человека, и даже его происхождением.

Особенности лечения

Что же это такое — параноидальная шизофрения, и каким образом происходит ее лечение?

По сути, речь идет о пожизненном обязательстве, а не о временном лечебном курсе. Хотя прогноз не самый радостный, это следует учитывать с самого начала.

В целом, терапию назначает врач, исходя из:

  • типа расстройства;
  • интенсивности симптоматики;
  • индивидуальных особенностей пациента;
  • истории заболевания;
  • возрастных особенностей;
  • прочих значимых факторов.

В лечебном процессе принимают активное участие не только квалифицированные психотерапевты и другие медицинские специалисты, но и родственники больного, а также социальные работники.

Терапевтическая стратегия обычно выстраивается на:

  • приеме нейролептиков (традиционных и атипичных);
  • психотерапевтических процедурах;
  • электросудорожном лечении;
  • социальных навыков обучения.

Зачастую требуется прохождение лечения параноидальной шизофрении в стационарных условиях.

Нелекарственное, а также психотерапевтическое вмешательство направлено, в первую очередь, на купирование симптоматики.

Вероятно назначение антипсихотических средств (нейролептики).

Диагноз описываемого заболевания может быть поставлен только квалифицированным врачом. Соответственно, и назначение лекарств осуществляется медицинским специалистом – это же касается графика употребления препаратов и правильной дозировки.

Если же не соблюдать предписания доктора, лечебный процесс будет не столь эффективным, как хотелось бы, и восстановления добиться не получится.

Достаточно много людей прекращают принимать лекарства уже после первых нескольких месяцев, вследствие чего психоз возвращается и продолжает изнурять больного симптомами.

Что же будет, если запустить болезнь?

Признаки регулярно будут ухудшаться, а контакт с окружающим миром – теряться. Усиливаются и суицидальные мысли, что способно привести к опасности реального самоубийства.

Электросудорожная терапия — один из вариантов лечения параноидальной шизофрении

Зачастую сам больной не замечает за собой странностей поведения, и даже галлюцинации и бредовые состояния принимает за реально происходящие вещи.

Но люди, окружающие его (особенно близкие), наверняка, заметят изменения и у них, скорее всего, возникнут определенные подозрения на психические отклонения – соответственно, им следует убедить человека показаться к врачу.

Болезнь в МКБ-10

Параноидная шизофрения – что это в МКБ?

Международная классификация заболеваний содержит это расстройство под кодом F20.0.

Наряду с галлюцинациями и бредовыми расстройствами предполагается возможное наличие аффективных расстройств (тревожности и фобий), кататонической симптоматики и нарушений речи.

Предлагаются также следующие варианты течения недуга:

  • непрерывное течение – код F20.00;
  • течение эпизодическое, имеющее нарастающий дефект – код F20.01;
  • течение эпизодическое, имеющее стабильный дефект – код F20.02;
  • течение прогредиентное, имеющее приступообразный характер — код F20.03.

В случае с неполной ремиссией дается код F20.04, а с полной — F20.05.

То есть клиническая картина у описываемого заболевания может быть разнообразной.

Это напрямую указывает на многокомпонентность происхождения такого шизофренического расстройства и объясняет сложности, связанные с постановкой диагноза.

Одним из первых симптомов может быть агрессивное возбуждение

Как начинается болезнь?

Начало недуга бывает как медленным, так и внезапным.

Если шизофрения начинается резко, быстро меняется поведение больного:

  1. мыслительный процесс становится непоследовательным;
  2. появляется агрессивное возбуждение;
  3. развиваются бредовые состояния, отличающиеся непоследовательностью;
  4. возможно развитие фобий, то есть беспричинного страха;
  5. поведение становится все более странным (неадекватным).

Когда же начало недуга оказывается медленным, формы поведения тоже меняются, но не сразу.

Периодически больной совершает единичные неадекватные поступки, делает странные высказывания, строит странные гримасы.

Постепенно он теряет интерес к тому, что ему раньше казалось интересным. Нередко можно слышать жалобы на ощущение внутренней пустоты.

Медленно, однако стабильно нарастает и псевдоневротическая симптоматика:

  • снижается трудоспособность;
  • человек становится вялым и апатичным;
  • появляются навязчивые желания.

Порою приходится сталкиваться с деперсонализацией, когда у человека искажается представление о личном «я».

Нарушается интеллектуальное восприятие мира, который окружает человека.

Из навязчивых идей следует отметить ипохондрию, бред воздействия и преследования.

Иногда человеку достаточно посмотреть какой-нибудь сериал про секретных агентов, после чего его параноидная шизофрения берет сознание под контроль: заставляет больного поверить, что и за ним охотятся какие-нибудь агенты, повсюду преследуют его.

Личность становится замкнутой и скудной на эмоциональные реакции. Галлюцинации поначалу оказываются вербальными – человек начинает слышать внутри себя голоса. Это становится отправной точкой для развития вторичного бредового расстройства.

Следующим этапом развития паранойи при шизофрении является развитие синдрома Кандинского-Клерамбо.

Заключение диагноста подтверждает псевдогаллюцинации, а также психический автоматизм (когда собственные мысли и движения человек не воспринимает, как свои).

Но именно бредовые состояния рассматриваются в качестве основного признака на этом этапе болезни.

Профилактика

Что можно сказать о профилактике параноидальной шизофрении?

Конечно, всегда говорят, что профилактические мероприятия – это более разумный подход, чем лечебный процедуры: лучше предотвратить, чем лечить.

Но в этом случае следует отметить определенную невозможность как-то предотвратить развитие шизофренического расстройства.

Даже если генетическая теория права, «рычагом», который запустит болезнь, может стать какое угодно жизненное событие.

Чем раньше начать лечение, тем больше шансов на успех

Единственное, что следует помнить, – необходимость начать терапевтический курс, не затягивая его, и как можно раньше. Это поможет взять под контроль течение заболевания, способствуя улучшению долгосрочных перспектив.

Название этого варианта течения шизофрении определяется тем, что первым и основным объективным критерием его является подъем температуры .

Речь идет о приступах онейроидной кататонии при рекуррентном и приступообразно-прогредиентном течении шизофрении, которые сопровождаются подъемом температуры и появлением ряда соматических расстройств. В литературе встречаются также другие названия этого варианта болезни: смертельная (летальная) кататония , гипертоксическая шизофрения .

Приступы фебрильной шизофрении по тяжести соматического состояния и психопатологической структуре различны. В одних случаях они не отличаются от приступов онейроидной кататонии, сопровождающейся возбуждением или ступором. При кататоническом возбуждении температура тела субфебрильная или не превышает 38 °С, при кататоническом субступоре или ступоре — подъем температуры более значителен (до 39—40 °С). Температурная кривая неправильная (нетипична для какого-либо соматического или инфекционного заболевания). В отдельные дни обращает на себя внимание инверсия температурной кривой (в вечернее время температура тела оказывается более низкой, чем в утренние часы). Длительность лихорадочного состояния обычно короче приступа — от нескольких дней до нескольких недель (иногда более).

Типичен внешний вид больных: лихорадочный блеск глаз, сухие запекшиеся губы, гиперемия кожных покровов, единичные кровоподтеки, язык сухой красный или обложенный. Соматическое состояние в целом может быть удовлетворительным.

Прогноз этих приступов относительно благоприятен. Однако в ряде случаев вслед за состоянием кататонического возбуждения, продолжающегося несколько дней, возникает возбуждение, очень напоминающее аменцию и определяемое как аментивноподобное. Больные находятся в непрерывном возбуждении в пределах постели: крутят головой, размахивают руками, стучат по постели ногами, речь их бессвязна, непоследовательна. Описываемое возбуждение прерывается эпизодами кататонического возбуждения и ступора. На высоте аментивноподобного возбуждения возможно развитие симптома корфологии: состояние, при котором больной мелкими движениями пальцев рук теребит простыню или одежду. Появление симптома корфологии свидетельствует о крайне неблагоприятном (в отношении жизни) прогнозе.

Развитие аментивноподобного возбуждения сопровождается резким подъемом температуры тела до 39—40 °С и выше с неправильным характером кривой и явлениями инверсии. Подъем температуры не превышает 2 нед. Ухудшается соматическое состояние: кожные покровы становятся землисто-желтыми, увеличивается количество кровоподтеков, возможны трофические нарушения. Наиболее тяжелы буллезные формы трофических нарушений, проявляющиеся образованием на поверхности тела (особенно в области локтевых сгибов, пяточных костей, крестцовой области) пузырей с серозным содержимым, которое приобретает в последующем вишнево-красный цвет; на месте лопнувших пузырей обнаруживается эрозивная, плохо заживающая поверхность.

Иногда вслед за аментивноподобным состоянием возникает состояние с гиперкинетическим возбуждением, характеризующееся появлением гиперкинезов хореоподобного типа (беспорядочными, некоординированными, неритмичными), преимущественно в проксимальных и дистальных отделах конечностей. Это возбуждение прерывается эпизодами кататонического и аментивноподобного возбуждения и субступора. Подъем температуры тела в этих случаях продолжается с сохранением неправильного характера и инверсии температурной кривой. Продолжительность подъема температуры 1—2 нед. Тяжесть соматического состояния аналогична таковому при аментивноподобном возбуждении.

При рекуррентном течении шизофрении всегда бывают фебрильными манифестные приступы. Наиболее часто они развиваются в молодом, юношеском возрасте, чаще у лиц женского пола. Если фебрильными являются повторные приступы (известны случаи, когда фебрильных приступов у одного больного бывает несколько), каждый последующий приступ становится более легким как по своей психопатологической характеристике, так и по тяжести соматического состояния.

При приступообразно-прогредиентном течении фебрильными могут быть не только манифестные, но и повторные приступы болезни. Закономерностей, проявляющихся в том, что каждый последующий приступ оказывается менее тяжелым, характерных для рекуррентного течения, здесь не обнаруживается. При приступообразно-прогредиентном течении шизофрении приступы, протекающие с кататоническим возбуждением и субступором, имеют существенные особенности. Часто возникает диссоциация между значительным подъемом температуры (что нетипично для аналогичных приступов рекуррентной шизофрении) и внешне благополучным, соматическим обликом больных и, наоборот, сочетание невысокой температуры тела и тяжелого соматического состояния.

После исчезновения фебрильных явлений происходит обратное развитие приступа и дальнейшее течение заболевания определяется при рекуррентной и приступообразной шизофрении общими особенностями развития болезненного процесса, т. е. возникновение фебрильного приступа существенного влияния на его развитие не оказывает.

Борьба не на жизнь… Фебрильная шизофрения

Про шизофрению слышали все. Это тяжелое заболевание. Однако фебрильная шизофрения куда страшнее. И слышали про нее немногие.

Фебрильная шизофрения – это заболевание, когда на фоне эндогенных психических нарушений резко прогрессируют нарушения соматические, что приводит к смерти (при отсутствии лечения) в течение от нескольких суток до 1-2 недель. Именно поэтому фебрильную шизофрению раньше называли «летальной шизофренией». Летальный исход, впрочем, не обязателен, возможно наступление ремиссии фебрильного приступа, но, к сожалению, при отсутствии адекватного лечения летальный исход наиболее вероятен.

В современной МКБ (МКБ-10) фебрильной шизофрении нет. Нет такого заболевания, согласно Международной классификации болезней, которой обязаны пользоваться (выставлять диагнозы, в соответствии с ее критериями) все психиатры (в частности в России). Врачи спорят о том, к какому из диагнозов, которые в МКБ есть, фебрильная шизофрения ближе, под какой код классификации такого больного подогнать, если он не дай бог поступит. Есть разные мнения.

Частота встречаемости фебрильной шизофрении невысока. Относительно. По данным знаменитого психиатра А.С. Тиганова, она составляет 1 на 1000 поступлений в стационар.

Симптоматика

Подробно о клинике фебрильной шизофрении говорить не будем, в статье она будет рассмотрено скорее как некий социальный феномен. Скажем коротко. Заболевание может начинаться с разнообразной психотической или субпсихотической симптоматики. Затем происходит нарастание симптоматики, часто возникает состояние кататонического ступора или кататонического возбуждения (стереотипные повторяющиеся движения), сопровождающиеся онейроидными переживаниями (больному кажется, что он находится в необычном, фантастическом месте, при этом он испытывает сильные, необычные вычурные эмоции). Могут быть проявления аментивного синдрома (дезориентация, бессвязность речи, хаотичные движения). Внешне для больных характерны сухость и покраснение кожи появление трофических поражений на коже вплоть до образования пузырей, а на их месте в последующем – эрозий.

Одновременно с этим наблюдаются подъемы температуры до 38-41 градусов. Температурная кривая нетипична (утром температура выше, чем вечером или внезапные подъемы ни от чего не зависят). Жаропонижающими не сбивается. Именно на этом этапе необходима срочная госпитализация и адекватное лечение. Иначе может быть поздно. Развивается отек легких и мозга, острая сердечная, печеночная, легочная недостаточность, больной умирает (конкретно, чаще всего от отека мозга).

Лечение (терапия) фебрильной шизофрении

Адекватная же терапия фебрильной шизофрении включает два основных компонента. Это большие дозы аминазина и электросудорожная терапия (ЭСТ). И вот тут начинается самое интересное и печальное. И аминазин и (особенно) ЭСТ в сознании народном относятся к атрибутам исключительно пыточного назначения. От аминазина, как известно любому нормальному человеку, читавшему Кена Кизи (или смотревшему кино с Джеком Николсоном), люди превращаются в овощи. А ЭСТ – это вообще пытка электротоком, варварство и садизм (в фильмах ужасов ЭСТ – непременный атрибут ученого-маньяка, причем процедуру он проводит не как положено, а как попало, больной у него бьется в конвульсиях, брызжет кровавой слюной и т.п., ну кому после этого поверится в то, что на самом деле ЭСТ просто эффективный метод лечения ряда заболеваний). И вот под воздействием таких стереотипов родственники пациентов, а также всегда готовые прийти им на помощь пролетающие над гнездом кукушки кривозащитники, в один голос протестуют против применения этих методов, в том числе угрожают врачей засудить, обзывают их садистами и карателями. И общественное мнение (в частности в лице журналистов) принимает сторону не специалистов (их голоса вообще не слышно), а этих сомнительной адекватности граждан. И специалисты в этой ситуации вынуждены идти на поводу. И не назначать эффективного лечения. Потому что назначить – себе дороже. Потом не отмоешься от клейма потрошителя. А не дай бог действительно какие-то побочные эффекты возникнут (без побочных ведь никакого лечения не бывает) – тогда вообще крышка.

Симптомы и формы шизофрении

Причины физофрении

И в результате получается, что отдельные специалисты или даже все специалисты под воздействием администрации (в ряде мест), от эффективных методов лечения фебрильной шизофрении отказываются. А поскольку неэффективные методы ее лечения эффекта не дают, больные периодически умирают. И это вот действительно трагедия. Без всякого преувеличения. Когда есть метод, который мог бы помочь, а его не применяют. Потому что… А потому что что? Боятся разгневанных родственников, которые кричат, что будут жаловаться лично президенту и т.п., ведь пациент пришел в больницу в своем уме и на своих ногах (приступ только начинался), а вы его до чего довели… Боятся собственного начальства, которому пациент, умерший, скажем, в соматике от якобы соматической патологии, никак статистику не портит, а пациент, умерший в психиатрическом стационаре от фебрильной шизофрении, которую диагностировать нельзя и лечить невозможно, конкретно может спровоцировать массу неприятностей…

Поэтому, кстати и практикуется в определенных местах такая печальная штука – пациента с фебрильным приступом переводят в соматический стационар с каким-нибудь соматическим диагнозом, который будто бы сам по себе развился на фоне психической патологии и отношения к ней не имеет. В соматике такого больного лечить не умеют, их лечение ему не помогает. И он умирает. Якобы от какого-то соматического или неврологического заболевания. Менингита, там, к примеру, или пневмонии. А мог бы жить. На ком вина в таких случаях? На врачах, которые не отваживаются взять на себя ответственность и спасти пациента, не обращая внимание на чей-либо вой. На пациентах, которые не доверяют врачу, пытаются диктовать и навязывать ему свои непрофессиональные, а часто и просто нелепые убеждения (был нормальный, ходил, говорил, смеялся – находился в начале обострения, а теперь лежит, мычит, слюни пускает – находится под действием аминазина: ой, залечили сволочи здорового человека, садисты проклятые, изверги в белых халатах). На журналистах и разных горе-экспертах, которые вытаскивают эти случаи на суд толпы, причем, ничего не смысля в происходящем, выдают свои идиотские интерпретации. Система, которая так устроена, что, даже когда речь идет о спасении человеческой жизни, врач должен оглядываться на воющих неучей и подлых начальников, стараться и им тоже угодить. Все виноваты, короче. Только никому от этого не легче. Потому что ответа на следующий вопрос «Что делать?» у меня нет.

В прошлом году был громкий случай: «Дело Алины Саратовой». Суть такова: у 18-летней девушки после перенесенной ОРВИ и на фоне переутомления стали наблюдаться разнообразные психические нарушения, постепенно сложившиеся в картину острого психоза. Уточнить симптоматику сложно, потому что источник сведений – родственники, которые дают противоречивые и сомнительные данные, утверждают, что девочка была здорова, только чуть-чуть переутомилась (а впоследствии выясняется, что имела место как минимум галлюцинаторная и дереализационная симптоматика) и т.п. Все это сопровождалось повышением температуры до 38 градусов. Так продолжалось несколько дней. Затем родственники догадались-таки обратиться к врачу, и девушку госпитализировали в психиатрический стационар. Что ей там назначали, остается в точности неизвестным. Но, вероятно, нейролептики. Поскольку мать больной, придя ее навестить на следующий день, обнаружила ее в состоянии, напоминающем то, в котором находятся больные в психозе под действием нейролептиков (нарушение тонуса мышц лица и рук, обычное, в общем, дело, для жизни это совершенно не опасно, в отличие от фебрильного приступа, но мать, естественно, описывает это в вычурных выражениях, делая упор на садистов-врачей и бесчувственных санитарок). Также применяли мягкую фиксацию (это когда возбуждённых больных привязывают к кровати), что, по мнению родственников, было опять же сделано исключительно из садистских побуждений.

До этого момента, как представляется, все шло нормально, больная лечилась и ее можно было спасти. Дальше пошло наперекосяк. Родственники стали скандалить. Врачи, идя на поводу у скандалящих родственников, стали менять терапию (видимо, в сторону уменьшения дозировок). Симптоматика прогрессировала. Врачи, надо думать, оказались в сложной ситуации: лечить нельзя, родственники затюкают, не лечить тоже нельзя – помрет. И в результате решение было найдено следующее: больную перевели в инфекционную больницу с подозрением на менингоэнцефалит, где она и умерла. Такова фактура.

Дело приобрело огласку, о нем писали и судачили по телевизору. В целом основная мысль всех выступлений, публикаций и передач заключалась в том, что врачи-садисты то ли залечили бедную здоровую девочку, то ли не выявили вовремя у девочки менингит, а вместо этого лечили ее аминазином, чем и ускорили ее кончину. В итоге на врача завели уголовное дело за халатность. Фебрильная шизофрения вообще нигде не звучала. Ну, мне, во всяком случае, не попалось упоминание об этом, хотя я старался изучить все, что было. А ведь это как минимум один из вероятных диагнозов. Как минимум надо было бы обсудить его, раз уж решили во всем разобраться. Но нет. О чем только не говорили разнообразные эксперты в разнообразных статьях и передачах, в том числе откровенную чушь некоторые несли. Только о фебрильной шизофрении ни слова. Так вот. Был человек и не стало человека. Горе для родных. Трагедия для всех. Кто виноват? См. выше.

Я, поймите правильно, не утверждаю, что у Алины Саратовой было именно это заболевание, но мне кажется, что этот вариант весьма вероятен. А он вообще был исключен из списка гипотез. Что странно. И я не буду называть имен, явок и паролей, но вне зависимости от того, что произошло с Алиной Саратовой, практика перевода больных с фебрильным приступом в соматику на умирание существует. Кое-где.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *